Glory in Defeat

 

 

 
         

 

 

СОБЫТИЯ

 

 

17 сентября 1944 года

ДЕЙСТВИЯ РАЗВЕДЧИКОВ ЗОН ВЫСАДКИ

 

 

 нажми, чтобы увеличить

Солдаты 21-й отдельной парашютной роты готовятся к вылету в Голландию утром 17 сентября 1944 года.

 

*Imperial War Museum*

 

 

Около 10.30 утра 17 сентября 1944 года, когда значительная часть самолетов-буксировщиков с планерами, совершив необходимые перестроения в небе Англии, еще только направлялась в сторону канала Ла-Манш, с аэродромов Чалгрув и Фэйрфорд стартовали 18 самолетов с парашютистами на борту. Они не стали тратить время на маневры в воздухе, а сразу взяли курс на Голландию. У них была особая миссия - доставить к намеченным точкам специальные отряды «следопытов» - разведчиков зон высадки - и их оборудование. «Следопытам» предстояло стать первыми десантниками, ступившими на оккупированную землю Голландии.

 

Специальные отряды разведчиков зон высадки были сформированы в составе британских и американских воздушно-десантных дивизий после высадки в Сицилии. Несмотря на идентичность задач, которые ставились перед британскими и американскими «следопытами», подход к их подготовке в армиях стран-союзниц был различным. В британской армии были сформированы подразделения постоянного состава, бойцы которых от операции к операции совершенствовали свои навыки по подготовке зоны высадки к приему основной волны десанта. В армии США предпочли создавать временные отряды разведчиков зон высадки непосредственно перед операцией из солдат тех подразделений, которые будут в ней задействованы. Сформированные таким образом отряды «следопытов», состоящие исключительно из добровольцев, проходили короткую специальную подготовку в Школе разведчиков зон высадки при Управлении транспортной авиации, выполняли свою боевую задачу, а затем личный состав отрядов возвращался в свои подразделения и действовал далее согласно своим обязанностям по штатному расписанию. Лишь 14 сентября произошли некоторые изменения в сложившемся уже процессе подготовки – Школа была преобразована во Временную группу разведчиков зон высадки 9-го Управления транспортной авиации армии США, что сделало статус «следопытов» в американских воздушно-десантных дивизиях более определенным. Однако эти перемены никак не коснулись тех разведчиков зон высадки, которым предстояло участвовать в операции «Маркет-Гарден».

Количество привлеченных к операции отрядов «следопытов» напрямую зависело от того, какие из зон высадки в секторах ответственности воздушно-десантных дивизий необходимо было разметить.

В Эйндховенском секторе, закрепленном за 101-й воздушно-десантной дивизией, по приказу генерал-майора Максвелла Тэйлора следовало подготовить к приему основной волны четыре зоны высадки парашютистов:

- зону DZ 'A' возле местечка Эйрде, на равном удалении от Сент-Уденрода и Вегеля;

- зону DZ 'A-1' северо-восточнее Вегеля между рекой Аа и каналом Зюд-Виллемс-Ваарт;'

- зоны DZ 'B' и DZ 'C' северо-западнее города Сон, примыкающие к лесному массиву Зонше.

Зона посадки планеров LZ 'W' располагалась между зонами высадки DZ 'B' и DZ 'C' и потому не нуждалась в разметке.

Исходя из этого, было принято решение задействовать только четыре отряда разведчиков зон высадки, включавших в себя одного офицера и десять солдат и сержантов каждый. Для их доставки выделялись две пары самолетов С-47 9-го Управления военно-транспортной авиации армии США, получившие в общем графике воздушной переброски наименование «сериал» А-2а и «сериал» А-2b./1/ Самолеты базировались на аэродроме Чалгрув.

В Неймегенском секторе, контроль за которым должна была обеспечить 82-я воздушно-десантная дивизия, две из трех намеченных бригадным генералом Джеймсом Гэвином зон высадки – зоны DZ 'T' и DZ 'N' – располагались в непосредственной близости от голландско-немецкой границы. Высадка здесь «следопытов» могла встревожить противника и лишить союзников фактора внезапности. Поэтому генерал Гэвин приказал осуществить разметку только одной зоны – DZ 'O' возле Оверассельта. Маршрут движения воздушной армады был проложен так, что «сериалы» с десантниками, направляющимися к зонам DZ 'T' и DZ 'N', также пролетали над зоной высадки DZ 'O' и маяки и визуальные сигналы, размещенные на ней «следопытами», должны были помочь пилотам сориентироваться. Посчитали, что двух групп разведчиков зон высадки, состоящих из офицера и одиннадцати солдат и сержантов, будет вполне достаточно для выполнения этой миссии. Все разведчики зон высадки были набраны из солдат 504-го парашютно-пехотного полка. К месту назначения их должны были доставить два самолета С-47 9-го Управления военно-транспортной авиации армии США, сведенные в «сериал» А-1. Самолеты были приписаны к той же базе, что и самолеты «следопытов» 101-й воздушно-десантной дивизии.

По инициативе командиров подразделений было дополнительно сформировано по одному отряду разведчиков зон высадки в 505-м парашютно-пехотном полку и 325-м полку планерной пехоты. Добровольцам из числа планерной пехоты пришлось даже пройти специальной курс парашютной подготовки и получить заветные «крылышки» (а заодно и надбавку к ежемесячно выплачиваемому содержанию – так называемые «прыжковые деньги»). Эти отряды будут следовать в первом самолете первого «сериала», направляющегося соответственно в зоны высадки DZ 'N' и DZ 'Т'. «Следопытам» 325-го полка в связи с этим придется совершать высадку вместе с парашютистами 508-го парашютно-пехотного полка. Дополнительной группе 505-го парашютно-пехотного полка была поставлена задача как можно скорее после приземления установить маркеры и радиомаяки в зоне высадки, чтобы облегчить наведение последующих «сериалов» с солдатами и грузами снабжения. «Следопытам» полка планерной пехоты предписывалось дождаться завершения высадки парашютистов в зоне DZ 'T', а затем подготовить ее к приему планеров с солдатами и техникой 325-го полка.

Подготовка разведчиков зон высадки 82-й и 101-й воздушно-десантных дивизий проводилась параллельно и по единой методике в специальной Школе при 9-м Управлении транспортной авиации. Экипажи самолетов и группы «следопытов» тренировались как единая команда и были уверены друг в друге. Все «следопыты» были ветеранами высадки в Нормандии, однако лишь некоторые из них действовали тогда как разведчики зон высадки. Для большинства парашютистов это было абсолютно новое задание и они испытывали вполне понятное волнение.

 

 нажми, чтобы увеличить

Командир 21-й отдельной парашютной роты майор Вильсон беседует с солдатами роты перед посадкой в самолеты.

 

*Airborne Museum Hartenstein*

 

Их британских коллег куда больше беспокоил тот факт, что на этот раз им придется высаживаться в светлое время суток. Хотя солдаты отдельной 21-й парашютной роты и не принимали участия в операции «Нептун», их подразделение с первого дня своего создания в июне 1942 года функционировало как элитный отряд, набранный исключительно из добровольцев. Прежде чем быть зачисленным, каждый кандидат проходил двухнедельный испытательный курс, во время которого серьезной проверке подвергались как его физические, так и психологические качества. Испытуемые не имели права на ошибку. Любой «прокол» автоматически означал, что кандидат отправляется назад в то подразделение, откуда прибыл. Ежедневная программа боевой подготовки роты также разительно отличалась от других частей британской армии, чему во многом способствовала давняя дружба одного из офицеров роты капитана Бернарда Вильсона с генерал-майором Фредериком Браунингом. «Боевое крещение» роты состоялось в 1943 году во время высадки на Сицилии. Хотя по малопонятным причинам роту не использовали тогда по прямому назначению, она участвовала в знаменитом сражении за мост Примосоле. В ходе вторжения на Сицилию погиб командир роты майор Джон Лэндер. Его место занял произведенный в майоры Бернард Вильсон. Под его командованием рота участвовала в итальянской кампании и теперь готовилась к новой высадке, на этот раз в Голландии.

В британском секторе ответственности, самом северном и самом удаленном от линии фронта, по решению командира 1-й воздушно-десантной дивизии Роберта Уркуарта в первый день операции войска должны были высаживаться в трех зонах – двух (LZ 'S' и LZ 'Z') для посадки планеров и одной (DZ 'X') для парашютистов. Зоны располагались в районе деревни Вольфхезе, по обе стороны железнодорожной линии Утрехт-Арнем, на удалении примерно 5 миль от главной цели дивизии – автострадного моста в Арнеме. Три зоны высадки были распределены между тремя взводами 21-й отдельной парашютной роты. 1-й взвод должен был разметить зону DZ 'X', 2-й взвод - зону LZ 'Z', 3-й взвод - зону LZ 'S'. В общей сложности в роте насчитывалось шесть офицеров и сто восемьдесят сержантов и солдат. Среди них были 25 евреев, в основном немецких и австрийских, бежавших от нацистского террора, свободно говоривших на нескольких европейских языках.

Со времен высадки на Сицилии «следопыты» доставляли к местам назначения специально подготовленные экипажи транспортных самолетов Королевских ВВС. 17 сентября эту роль поручено было выполнять пилотам двенадцати переделанных в транспортные машины бомбардировщиков «Шорт Стирлинг». Шесть из них принадлежали 190-й эскадрилье Королевских ВВС и образовывали «сериал» В-1, другие шесть принадлежали 620-й эскадрилье. Этот «сериал» получил индекс В-2. Самолеты базировались на аэродроме Королевских ВВС в Фэйрфорде.

 

В соответствии с графиком воздушной фазы операции ровно в 10.25 утра 17 сентября 1944 года с аэродрома Чалгрув взлетел первый «сериал» с разведчиками зон высадки. Это были два самолета С-47, перевозившие «следопытов» 82-й воздушно-десантной дивизии. Отряд под командованием первого лейтенанта Джуберта летел на самолете с бортовым номером 163 (пилот - первый лейтенант Вуд), а отряд под командованием первого лейтенанта Карлока – на С-47 с номером 706 (пилот - первый лейтенант Макинтош).

Спустя 10 минут – в 10.35 следом за первой группой стартовали два «сериала» с разведчиками зон высадки 101-й воздушно-десантной дивизии. В это же время с аэродрома Фэйрфорд начали взлетать «Стирлинги» с солдатами 21-й отдельной парашютной роты. Фотограф Королевских ВВС лейтенант Бридж находился в это время на аэродроме и запечатлел вылет «следопытов» на пленку.

Все три группы летели с эскортом из истребителей Р-47 «Тандерболт». Пилоты истребителей получили приказ сопроводить транспортные самолеты до бельгийского побережья, после чего им предписано было возвращаться на базу. Самолеты с разведчиками зон высадки намеренно не придерживались установленных маршрутов полета воздушной армады, однако летели в полосе действий спасательных судов и в случае аварии могли рассчитывать на их помощь.

 

 нажми, чтобы увеличить

Личный состав штабного взвода 21-й отдельной парашютной роты поднимается на борт самолета «Стирлинг» на аэродроме Фэйрфорд.

 

*Imperial War Museum*

 

Стартовавшие позже американских самолетов, «Стирлинги» с солдатами 21-й отдельной парашютной роты первыми добрались до намеченных зон высадки. В 12.40, точно по графику, британские «следопыты» начали выпрыгивать из не слишком комфортабельных и тесных для такого количества парашютистов машин. Огонь зенитных орудий по пути пролета был незначительным и только один из самолетов получил легкие повреждения. Никто из его пассажиров не пострадал. Высадка прошла успешно, и хотя с земли по «следопытам» велся спорадический огонь, ранения двух солдат роты были вызваны не пулями и осколками, а жестким приземлением. Командир роты майор Вильсон вместе со штабным взводом приземлился в зоне LZ ‘S’ неподалеку от фермы Рейерс Кэмп, которая тут же была превращена во временную штаб-квартиру роты.

Хозяин фермы Ян Пеннингс поначалу принял самолеты с британскими «следопытами» за бомбардировщики, направляющиеся к железнодорожной станции Вольфхезе. Он ехал на велосипеде по проселочной дороге через пустошь Ренкум к ферме, готовый в любой момент выскочить из седла и нырнуть в канаву. Но вместо бомб из самолетов посыпались вниз парашютисты. Запыхавшийся Пеннингс влетел на ферму и закричал жене: «Скорее выходи! Союзники уже здесь! Мы свободны!» Просьба британских солдат разместить на ферме штаб была встречена Пеннингсом с восторгом.

В каждом взводе сразу после приземления была сформирована боевая группа, в задачи которой входила защита остальной части взвода от возможных вылазок противника. Все остальные «следопыты» без промедления занялись установкой маяков-передатчиков «Эврика» либо выкладывали цветными полосами нейлона идентификационные буквы, а из белых полотнищ сооружали знак, указывающий направление ветра.

Немецкие солдаты, стрелявшие по «следопытам», когда те спускались на парашютах, предпочли разбежаться. Тем не менее, прочесав зоны высадки, боевые группы захватили пятнадцать пленных, которых доставили на ферму и допросили. Захваченные принадлежали к хозяйственному взводу и в их обязанности входило ухаживать за лошадьми. Высадка «следопытов» застала их за обедом. Это были совсем юнцы, не нюхавшие пороха.

Рядовой Алан Доусон так описывал свой первый час, проведенный в Голландии:

Фермер и его семья в Рейерс Кэмп были очень рады нас видеть. Конечно, они не устраивали торжественный прием с шампанским и тому подобным, но их радость была очень искренней и это было очевидно… Когда первые планеры стали снижаться над размеченной зоной посадки, молодые немецкие солдаты, ранее взятые нами в плен, подумали, что это пикирующие бомбардировщики, и со страху попрятались в стог сена.

Отдельная рота превосходно справилась со своей задачей. Оставив лишь несколько человек охранять маяки «Эврика», «следопыты» отошли к краю зон посадки, чтобы понаблюдать за впечатляющей картиной массового приземления планеров с десантниками и техникой. Печальный список боевых потерь роты был открыт вскоре после того, как началась разгрузка планеров. Одна из винтовок оказалась не поставленной на предохранитель. Когда ее случайно уронили, раздался выстрел. Пуля попала в горло медику роты капралу Джиму Джонсу. Его похоронили у дороги возле фермы на первом британском импровизированном кладбище, которых еще много будет создано в окрестностях Арнема за следующие десять дней.

 

Два С-47 со «следопытами» 82-й воздушно-десантной дивизии, составлявшие «сериал» А-1, без происшествий добрались до Граве, но на подлете к городу были встречены сильным зенитным огнем. Несмотря на это пилоты погасили скорость самолетов и снизились до высоты в 450 футов, чтобы обеспечить «следопытам» максимально удобные условия для прыжка. На момент прибытия транспортов с разведчиками зон высадки районы, прилегающие к местам выброски десантов, обрабатывали «тандерболты» 78-й истребительной группы ВВС США. Они сделали все возможное, чтобы заставить замолчать вражеские батареи, а затем на бреющем полете обстреляли периметр зоны высадки, рассчитывая таким образом охладить пыл немецких солдат, которые могли быть размещены в этой области. Высадка состоялась в 12.47, с двухминутным опозданием от срока, установленного расписанием операции. «Следопыты» не встретили противодействия на земле, если не считать спорадического огня снайперов. Свидетелем их высадки стал 19-летний Тео Рулофс. Он от души был рад оказаться среди американских парашютистов, тем более, что неплохо говорил по-английски, однако высадившаяся группа показалась ему слишком малочисленной, чтобы предпринять какие-то серьезные шаги по освобождению его страны. Тео показал на карте место, где располагалась его ферма и согласился выполнять роль переводчика. Тем временем, отряд лейтенанта Карлока занял оборону по периметру зоны, в то время как отряд лейтенанта Джуберта устанавливал маяки «Эврика» и выкладывал цветными полосами нейлона большую букву Т. На то, чтобы проделать все это ушло не более трех минут. В 13.00 в небе над ними появились самолеты первого «сериала» основной армады. Они двигались к зоне высадки DZ 'N'. «Следопыты» зажгли дымовые шашки и фиолетовый дым стал подниматься в небо над зоной, предоставляя пилотам дополнительную информацию о направлении ветра у земли. Через двенадцать минут прибыл первый «сериал» с парашютистами, которым предстояло высаживаться непосредственно в зоне DZ 'О'. Следующие два «сериала» прибыли в 13.15 и 13.18 соответственно. Высадка прошла слаженно и быстро, десантники приземлились с большой кучностью. В официальной истории 82-й воздушно-десантной дивизии записано, что высадка в Голландии была наиболее удачной из всех выпавших на долю дивизии десантирований. Усилия пилотов истребителей, обрабатывавших батареи ПВО, не прошли даром - зенитный огонь противника был весьма незначительным. Сбор войск был произведен слаженно и быстро и спустя 45 минут после прибытия последнего «сериала», все подразделения уже покинули зону высадки.

 

 нажми, чтобы увеличить

Группа «следопытов» 101-й воздушно-десантной дивизии во время учебных прыжков в рамках программы подготовки школы разведчиков зон высадки 9-го Управления транспортной авиации армии США.

 

*G. Koskimaki*

 

Совсем иной была обстановка в южном секторе операции. Через Ла-Манш две пары самолетов с разведчиками зон высадки 101-й воздушно-десантной дивизии летели единой группой, но над бельгийским побережьем «сериал», направляющийся в район городка Сон, намеренно отстал, чтобы выдержать намеченное время высадки. Два С-47 другого «сериала» тем временем взяли курс на бельгийский городок Гейл, который служил точкой поворота на север. Техник Глэн Брэддок летел в первом самолете этого «сериала» в составе отряда «следопытов» 1-го лейтенанта Роберта Смита.

Перед вылетом я тянул жребий, в каком самолете мне лететь. Я рассчитывал, что буду в группе лейтенанта Фэйза, однако просчитался. Это место занял капрал Рой Стивенс. Так я волей случая оказался в одном самолете с сержантом Джоном О'Шогнесси и лейтенантом Смитом…

Повернув на север у Гейла, пилоты увидели внизу полосу оранжевых дымов, которая отмечала линию фронта. Оказавшись над вражеской территорией, самолеты практически сразу попали под огонь со стороны немецких окопов. Маневры уклонения были запрещены. Все, что могли сделать пилоты, это увеличить скорость движения своих достаточно тихоходных машин и менять высоту полета. До зон высадки оставалось еще 25 миль.

Первой в паре летел С-47 лейтенанта Боба Сентерса, вторым самолетом управлял лейтенант Юджин Шовин. Позже в рапорте лейтенант Сентерс писал:

До 12.30 самолет Шовина двигался прямо за нами на высоте 1400 футов. Мы пересекли линию фронта и оказались под прицельным огнем зенитной артиллерии. Мы увеличили скорость, пытаясь уйти из-под обстрела. Поскольку все наше внимание в этот момент было приковано к управлению собственным самолетом, мы на некоторое время упустили из виду самолет лейтенанта Шовина. Когда опасность миновала, мы обнаружили, что летим в одиночестве.

Техник Глэн Брэддок, который находился в самолете Сентерса, дополняет рапорт лейтенанта своими воспоминаниями:

Мы перебрасывались шутками, пытаясь перекричать рев моторов истребителей эскорта и транспортного самолета с отрядом Фэйза, который летел совсем рядом, но немного ниже и левее... Вдруг пилот второго самолета словно бы потерял управление, потому что край крыла его машины почти что въехал в двери нашего самолета. Я весь сжался и уже думал, что нам всем конец. Но самолеты медленно разошлись в стороны, а когда я снова мог видеть через дверь кабины соседний самолет целиком, я понял, что слышу грохот разрывов и стук осколков по обшивке. Самолет лейтенанта Фэйза вдруг задымился и стал резко заваливаться вниз и влево, оставляя за собой столб черного дыма… Мы спикировали к земле, и лейтенант Смит скомандовал: «Встать, пристегнуть карабины и проверить снаряжение!» Мы проделали все это и были готовы прыгать по первому же сигналу, если, конечно, судьба даст нам шанс покинуть самолет, прежде чем он рухнет вниз.

Самолеты эскорта, которые до этого вились вокруг нас, как пчелы вокруг розы, куда-то испарились./2/ Когда я наклонился к ближайшему иллюминатору, чтобы посмотреть, куда они подевались, то увидел, что в крыле самолета зияет огромная пробоина. Я отпрянул от иллюминатора, и не успел еще переварить увиденное, как еще один осколок пробил пол самолета между мной и местом штурмана и ударил в приклад моей винтовки. Затем несколько светящихся кусков металла прошили самолет насквозь, оставив рваные дыры в полу и крыше. Это были трассирующие пули, черт бы их побрал… Затем мы услышали пронзительный вой пикирующих самолетов. «Слева внизу башня зенитной артиллерии и она бьет точно в нас!» - закричал кто-то из парашютистов. Мимо нас промчался истребитель, который пикировал прямо на башню. Я видел, как от самолета к верхушке башни понеслись светящиеся трассы, а затем и странный огненный шар, который, вероятно, был неуправляемой ракетой. Башня исчезла в клубах дыма и пыли. Мы спасены! Больше зениток поблизости не было, но я знал, что мы потеряли один самолет и весь отряд разведчиков, которым предстояло подготовить зону высадки 501-го полка.

Самолет первого лейтенанта Юджина Шовина (бортовой номер 42-100981, собственное имя «Chevelet») с отрядом «следопытов» лейтенанта Чарльза Фэйза на борту был сбит неподалеку от местечка Рети. Осколки 20-мм зенитного снаряда попали в левый двигатель. Другой снаряд пробил крыльевой бензобак самолета, что вызвало сильную утечку топлива. Керосин вспыхнул и в считанные секунды вся машина превратилась в огненный шар, несущийся к земле. Лейтенант Фэйз отдал приказ покинуть самолет и шести парашютистам удалось выпрыгнуть и избежать гибели. Оставшиеся четыре разведчика зон высадки (в том числе и капрал Рой Стивенс) и четыре члена экипажа злосчастного самолета погибли. Пилот лейтенант Шовин хотя и был серьезно ранен, чудом избежал смерти. Он и пятеро парашютистов попали в руки немцев. Избежать захвата удалось одному только лейтенанту Фэйзу. Позднее его обнаружили бойцы бельгийского сопротивления и укрывали вплоть до освобождения этого района страны от оккупантов.

 

 нажми, чтобы увеличить

Группа «следопытов» лейтенанта Чарли Фэйза.

Самолет, доставлявший разведчиков к зоне высадки DZ 'A-1', был сбит и рухнул возле деревни Рети.

 

*M. Bando*

 

Второй С-47 «сериала» благополучно преодолел остаток пути до Вегеля. Первый лейтенант Сентерс увидел внизу железнодорожную линию, которая примыкала с севера к зоне высадки и, ориентируясь по ней, направил машину к намеченной точке выброски. Самолет снизил скорость и вышел на заданную высоту полета. В 12.47 «следопыты» быстро покинули самолет и приземлились точно в центре будущей зоны высадки. Глэн Брэддок был замыкающим в отряде лейтенанта Смита и прыгал последним.

После того, как зенитная башня была уничтожена, мы еще некоторое время летели очень близко к земле. Продолжалось это минут пять или даже больше. Затем сержант скомандовал: «Красный сигнал! Повторная проверка карабинов и снаряжения!»

Самолет стал медленно подниматься и резко повернул налево. В иллюминатор был виден край канала и что-то похожее на перекресток проселочных дорог. В центре всего этого стояли старик и маленькая девочка и махали нам. Пилоты выровняли самолет, а затем зажглась зеленая сигнальная лампочка… Я приземлился прямо на верхушку изгороди из колючей проволоки, рухнул с нее вниз головой и шлепнулся в мягкую грязь.

Жителю Сент-Уденроде Йоханнесу ван Горкуму в сентябре 1944 года было 23 года. В годы войны он был членом местной группы подпольщиков, которой командовал Съеф де Грот.

Мой псевдоним в группе был «Джо». Я и Пит Джёке получили приказ де Грота отправляться на пустошь возле леса Зонше и быть готовым оказывать содействие союзникам. Сам Съеф и еще несколько парней поехали на поля между Шейнделом и Сент-Уденродом. Нам не сказали о том, что ожидается высадка, и я не представлял даже, что к чему мне готовиться.

В зоне высадки DZ 'А' с группой Съефа произошло досадное недоразумение, и Глэн Брэддок стал его непосредственным участником.

После короткой схватки с куполом парашюта и попыток вычистить грязь, которая набилась в волосы, я побежал к отряду, приземлившемуся с другой стороны небольшой лесопосадки в центре поля.

«Тут кто-то есть! - донесся до меня вопль Эрнеста Стини. - Кто-то приближается со стороны дороги».

Я увидел солдата в странной синей униформе и затаился. Когда он оказался на расстоянии примерно в 15 ярдов от меня, я закричал: «Хальт!» Мой «томпсон» был снят с предохранителя и любое неосторожное движение могло стать для этого странного типа последним в жизни. Хотя у него в руках был пистолет, он даже не пытался им воспользоваться. Он сказал мне на вполне сносном английском: «Проводите меня к вашему командиру». Я удивленно воскликнул: «А, так вы говорите по-английски». Он кивнул и медленно, но как-то очень странно поднял вверх руки. Сразу же из канав с обеих сторон дороги поднялись несколько человек в гражданском платье, но с винтовками на плечах. Я, признаюсь, растерялся, но не показал виду и сказал, продолжая держать человека в синей униформе на мушке: «Скажи своим людям, чтобы не делали резких движений, а не то я пристрелю тебя!» И в это же время я услышал, как вдалеке кто-то закричал: «Где, черт меня дери, этот Брэддок с остальным оборудованием?!»

- Стини, иди сюда! - крикнул я. - Скорее!

Стини не заставил себя ждать. Я быстро объяснил ему, что к чему. «Этот тип заявляет, что он офицер голландского сопротивления, но мне он не внушает доверия. Возьми мое снаряжение и отведи этого парня к лейтенанту Смиту. Если он попробует сопротивляться, сразу стреляй. Если я услышу выстрел, я перебью остальных из его группы. Если ты услышишь выстрел, сообщи ребятам, что вокруг враг и в любой момент может начаться перестрелка. Я останусь тут и прикрою тебя. Пусть лейтенант решит, что следует сделать».

-Вы слышали, что я сказал? Вам все понятно?» - спросил я голландца.

Тот ответил, что все понял.

-Хорошо, тогда скажите вашим людям, чтобы были благоразумны.

Он объяснился со своими людьми на голландском, и Стиви увел его к лейтенанту.

Пока я разбирался с этой неожиданной проблемой, остальные установили передатчики «Эврика» и расстелили на поле цветные полосы нейлона. Дымовые шашки также были подготовлены. Их следовало зажечь, как только самолеты с парашютистами покажутся в небе.

Минуты до прибытия основной волны десанта показались мне часами, хотя голландцы и не пытались что-либо предпринять. Только когда стали раскрываться первые парашюты, они не сдержались и принялись радостно хлопать в ладоши. Я, тем не менее, продолжал держать их на мушке до тех пор, пока не увидел идущего ко мне лейтенанта Смита…

Чуть позже я еще раз увидел офицера сопротивления. Он улыбался во весь рот и пожимал руки парашютистам 501-го полка, направляющимся в сторону Вегеля.

Если не считать этого нелепого инцидента, «следопыты» в зоне высадки DZ 'А' действовали как на учебном поле. Уже через минуту после приземления была приведена в готовность аппаратура наведения самолетов «Эврика». Еще через две с половиной минуты группа уложила в виде буквы Т цветные полотнища ткани. Некоторые проблемы возникли с радиоантенной, но и она была установлена в течение следующих пяти минут.

 

Самолеты второй пары, направлявшиеся к зонам высадки DZ 'B' и DZ 'C', избежали испытаний, выпавших на долю «сериала» А-2а. В 12.54, находясь над намеченной точкой сброса, пилоты обоих самолетов снизились до высоты 600 футов. Скорость полета была оптимальной для прыжка – 90 миль в час. Обе группы разведчиков приземлились с хирургической точностью прямо в центре будущей зоны высадки.

На земле за высадкой «следопытов» наблюдали голландцы Йоханнес ван Горкум и Пит Джёке.

Мы поехали к пустоши на велосипедах и по пути услышали нарастающий звук авиационных моторов. Вскоре в небе над нами пронесся немецкий самолет. Его преследовал британский истребитель. Оба самолета летели очень низко, и мы едва не оглохли от рева их двигателей. Мы смогли даже разглядеть номера на их фюзеляжах… Вскоре после этого прибыло несколько транспортных самолетов и в небе раскрылись парашюты. Мой коллега (он ехал впереди меня) помчался так быстро к месту приземления парашютистов, что я стал отставать. Я бросил велосипед на ферме Сандерса и побежал что было сил наперерез через поле. Когда я был примерно в 30 метрах от парашютистов, один из них крикнул: «Руки вверх!» Я тотчас же остановился и поднял руки. Оружие солдата было направлено в мою сторону. В этот момент я был так напуган, что больше всего мне хотелось просто убежать. Потом Пит объяснил им, кто мы такие.

Командир одной из групп «следопытов» первый лейтенант Гордон Дерамус так описывал высадку в своем послеоперационном отчете:

После очень спокойного полета/3/ мы выпрыгнули с высоты 600 футов на поле возле города Сон. Не было никакого противодействия со стороны противника. Мы высадились примерно за полчаса до прибытия основной армады. Мы повстречали на земле несколько ребят из голландского сопротивления, которые ввели нас в курс дела относительно размещения немцев в местности, прилегающей к зоне высадки. Мы установили наше оборудование и образовали защитный периметр вокруг него.

Исполнявший обязанности медика в группе «следопытов» рядовой Рэймонд Смит дополняет:

Прежде чем мои ноги коснулись земли, я увидел немецкого солдата, удирающего из зоны высадки на мотоцикле. Других немецких солдат в этой области не оказалось.

Передатчик «Эврика» был установлен менее чем за минуту, а спустя еще четыре минуты - расстелены оранжевые полотнища и установлены радиомаяки. Хотя в окрестностях зон и располагались небольшие отряды немецких войск, они не предприняли ничего, чтобы помешать работе «следопытов». Лишь спустя почти полчаса немецкие солдаты принялись обстреливать поле из минометов. Капрал Заманакос и рядовые Смит и Вильгельм, болтали, закончив свою работу, когда возле них разорвалась одна из первых выпущенных немцами мин. Капрал Джон Заманакос был ранен осколком в грудь.

Меня ранило спустя полчаса после высадки и установки цветных полос. Это случилось непосредственно перед прибытием армады. В группе я был оператором радара... Рэй Смит, наш медик, осмотрел мою рану и перевязал ее. Позднее я был помещен в гражданскую больницу в Соне.

Воздушная армада с парашютистами 101-й воздушно-десантной дивизии прибыла точно по расписанию. Высадка была проведена очень слаженно, несмотря на сильный огонь немецких зенитных орудий. Йоханнес ван Горкум был потрясен зрелищем, которое перед ним открылось.

Высадка прошла очень хорошо, но со стороны Беста зенитные орудия вели огонь по самолетам и некоторые из них были сбиты. Внезапно я увидел неподалеку парашют с куполом оранжевого цвета. Почти инстинктивно я бросился к нему и был вознагражден. Приземлившийся парашютист заговорил со мной на отличном голландском языке. Он сказал, что он связист и спросил, в какой стороне находится Сон. Вместе мы направились к капитану, который уже собрал всех своих людей. Я сообщил ему, сколько по моей оценке немцев находится в Соне и Бесте. Отряд капитана, однако, направлялся совсем в другую сторону, и он сказал, чтобы я сообщил эту важную информацию какому-нибудь другому американскому офицеру. Мы с голландцем-связистом пожелали ему успеха и вместе двинулись в сторону Сона. Возле фермы ван Герверна мы встретили двух старых евреев, которым я помогал укрываться на ферме он репрессий немцев. Они обняли меня и горячо поблагодарили за все то, что я для них сделал. Затем я показал голландскому связисту дорогу в Сон и мы расстались.

Потеря отряда разведчиков, которые должны были разметить зону DZ ‘A-1’, стала главной причиной того, что солдаты 1-го батальона 501-го парашютно-пехотного полка оказались высажены в трех милях северо-западнее намеченной точки. К счастью, на общем ходе операции это никак не отразилось. Батальон был высажен единой группой и после ускоренного марша успешно захватил все намеченные целевые мосты.

 

 нажми, чтобы увеличить

Экипаж одного из «Стирлингов», перевозивших солдат 21-й отдельной парашютной роты, докладывает о результатах выброски сразу после возвращения в Англию.

 

*Imperial War Museum*

 

Американские «следопыты» оставались в зонах высадки в течение восьми дней операции и готовили их для приема планеров и парашютистов второй и третьей волн десанта. Когда задание было выполнено, все солдаты вернулись в подразделения, в которых служили до приема в группы разведчиков зон высадки.

Британские «следопыты» в полной мере разделили судьбу 1-й воздушно-десантной дивизии. Вместе с солдатами 1-й планерной бригады, они обороняли зоны высадки, затем влились в ряды защитников Периметра Остербейка. В ночь с 25 на 26 сентября 115 солдат и сержантов и 5 офицеров роты были эвакуированы на южный берег Нижнего Рейна. Рота собрала достаточно внушительный урожай наград для столь небольшого воинского формирования – два Военных Креста, Медаль за доблестное поведение, пять Военных медалей и голландский орден «Бронзовый Лев». Командир роты майор Вильсон был повышен в звании до подполковника и награжден Орденом за отличную службу.

 

 

Примечания

 

1 – «Сериалы» были основной структурной единицей при организации переброски войск по воздуху в ходе союзнических воздушно-десантных операций. Они представляли собой группы самолетов, независимо от их численности, доставлявшие груз в определенную точку и в определенное время. Характер груза (парашютисты, планерные войска или грузы снабжения) при этом не играл роли. «Сериалам» при планировании присваивался буквенно-числовой индекс, исходя из правила: «сериалы», состоящие из самолетов ВВС США, содержали в индексе литеру А (даже если они перевозили британские, канадские или польские войска), а «сериалы» из самолетов Королевских ВВС – литеру В.  назад

 

2 – Брэддок не мог знать, что пилоты истребителей получили задание сопровождать самолеты с разведчиками зон высадки лишь до бельгийского побережья. К счастью для «следопытов» район пролета транспортных самолетов обрабатывали другие «тандерболты» 78-й истребительной группы ВВС США, которые подавили вражеские зенитки, прежде чем тем удалось сбить и второй самолет со «следопытами».  назад

 

3 – Разведчики, летевшие вторым «сериалом», не были свидетелями падения самолета лейтенанта Шовина и не знали о первых боевых потерях дивизии.  назад

 

© Евгений Хитряк и Тео Груневельд, 2008

 

5Вверх5

 

 

Главная страница

События

 

Найти:

на сайте везде

 

 

 

 

 

 

 

 

ЗОНЫ ВЫСАДКИ

ВОЙСК

17 сентября

 

 

101-я ВДД

 

 

82-я ВДД

 

 

1-я ВДД

 

 

 

         
 

Copyright © 2004 Glory in Defeat. All rights reserved.

Evgeny Khitryak & Vadim Ninov